бдсм рассказы и истории

- Есть проблемы? - спросил Мартина один из них. Он был выше Мартина, с огромным носом и толстыми мясистыми губами, которые постоянно облизывал.
- И не одна, Блэйк, - ответил Мартин.
- Мы далеко от города?
- Шестьдесят четыре километра - я проверил по спидометру, когда остановился.
Второй человек - его глаза были полузакрыты - пробурчал:...

Прежде чем Луиз успела ответить, она почувствовала губы Робин на своих губах. Губы были теплыми, нежными. Впервые в жизни Луиз пробовала медовую сладость губ другой девушки. Она застонала. Робин опустила голову и сбросила тонкие бретельки с плеч Луиз, обнажив ее груди. Луиз ощущала горячее дыхание девушки, на мгновение она застыла, но тут же расслабилась, едва язык Робин прикоснулся к ее соскам, которые распухли я затвердели от пробудившегося желания. Ей стало стыдно....

Мартин Райдлоу был высоким и симпатичным молодым человеком. Года на 3-4 старше сестры, черноволосый, темноглазый, спортивного телосложения.
В день, когда он постучал в дверь девушек, они из-за чего-то поссорились. Луиз открыла дверь, перед ней стоял мужчина, глаза которого напомнили ей Робин, но та никогда не говорила о брате....

И вот он был на ней, и, просунув руки под ее ягодицы, твердо сжимал их.
Луиз хотелось побыстрее ощутить его пенис в себе, и вот, наконец, она чувствовала его погружение. Луиз стонала: "Мартин, Мартин" - на что он отвечал: "Сейчас, малышка, сейчас!"
Конечно, он делал с ней то, чего никак не могла сделать даже столь опытная и искусная Робин, и в момент наивысшего наслаждения она подумала, какой же дурой она была, сумев поверить в то, что она лесбиянка!...

Они были недалеко от Мексиканского залива. Луиз пыталась думать о спасении, но сейчас она была уверена в том, что эти негодяи не остановятся ни перед чем, даже перед убийством. Она уже знала о многом, и не только о самой краже, но и о роли ее мужа во всем этом.
Печально, но она все еще думала о Марти как о муже. Преступники обсуждали операции до мельчайших деталей, было очевидно, что они гордятся собой. Судя но всему, идея принадлежала Мартину, лишь ему одному. Он задумал это, едва приехав в город. Он уз...

Луиз проснулась от стука в дверь. Она открыла глаза и смотрела в недоумении - где она, почему она в постели между двумя обнаженными женщинами, с руками и ногами, прикованными к постели...
Одна из женщин встала и, накинув на плечи халат, пошла к дверям.
Послышались громкие голоса, звук удара, гулкие шаги. И в следующий миг знакомые до боли лица предстали перед нею....

Захожу в библиотеку, стою в очереди в гардероб.
Заходит такая блондинка – ноги длинные, волосы длинные, шмотки богатые, морда наглая. Полушубок на ней короткий такой, до пояса. Штаны кожаные в обтяжку, блузка, сапоги на шпильках.
Очередь в гардероб отстоял, стою вторую, что бы контрольный лист оформить....

- А, вот и ты! Где ты была? Я ведь говорил тебе, чтобы ты обязательно сообщала мне на пейджер, куда отправляешься! И что с тобой делать?
Натали стояла, понурив голову и внимая моим нравоучениям. Она знала, что провинилась, но кто же мог подумать, что я появлюсь именно в те пять минут, в которые она выбежала, чтобы купить в гастрономе в соседнем доме пару бутылок пива. Она лишь сказала:...

Дверь открылась, впуская в моё обиталище мутный красноватый свет. Вряд ли свет был очень уж ярким, но я всё равно болезненно прищурилась. После абсолютной темноты глаза видели плохо. Я различила смутную фигуру мужчины в проёме.
– Встать, – последовала команда. Тон не терпел возражений. Я подчинилась, хотя это далось мне нелегко: ноги так ослабели, что едва удерживали вес, а хвататься пальцами за стену я не могла. Пришлось подпереться локтём и по сантиметрам привести себя в вертикальное положение. Руки бе...

Я попала в камеру пыток.
Не нужно было иметь семи пядей на лбу, чтобы прийти к нехитрому умозаключению. Едва я почувствовала на щеках пышущий жар раскалённой печи, который пылал на дальнем конце комнаты без окон и увидела странные металлические приспособления, разложенные по столам и жаровням, у меня не осталось сомнений. Я была здесь ранее. Все мои раны появились именно тут. Ледяная струя спустилась от затылка до пяток, раскрывая все поры кожи. Ноги снова подкосились; я непроизвольно сделала шаг назад, ...

Той ночью, скрючившись в сыром углу своей темницы и считая бесконечные вереницы секунд, минут и часов, я кое-что поняла.
Боль снова плавала расплавленным маслом перед глазами, окрашивая темноту в жёлтый цвет. Но на этот раз масло не вздрагивало, как в прошлый раз, оно кипело. Масло шипело, как яичница на плите, и стреляло горячими брызгами, от которых меня безостановочно колотило. Казалось, вся Вселенная стала огромным сгустком пульсирующей, ядовито-жёлтой боли. Но какой-то светлый уголок сознания, кроше...

Несмотря на то, что я лежала долго, балансируя на грани яви и сна (порою мне казалось, что прошли недели и месяцы), за мной всё равно пришли слишком скоро. Скрежет засова ударил по ушам стальными розгами, и я застонала вслух. Всё заново. Господи, опять...
Красноватый отблеск озарил каменные стены....

Зеркало запотело от горячего пара, который поднимался из ванны, поэтому мне пришлось провести по нему ладонью, чтобы увидеть своё лицо. Перед этим я наклонила голову и прислушалась – не оставляло ощущение того, что рядом со мной кто-то есть и жадно смотрит на меня, пока я отрешённо изучаю отражение. Но если кто-то был, то он очень хорошо прятался и ничем себя не выдавал. Я слышала только мерную капель воды, которая падала из крана в ванну....

Находясь в забытье, я увидела сон. Во сне у меня не было тела, и нечему было болеть и истекать кровью. Я чувствовала себя как никогда хорошо, паря над туманными белыми просторами бесплотным духом, лишённым формы и образа.
Белоснежные края раскинулись от горизонта до горизонта. Земля, казалось, излучала матовый свет, и я с огромным трудом заметила тёмное пятнышко на фоне этого сияния. Что бы оно из себя ни представляло, там была моя цель. Я устремилась вниз, приближаясь к загадочному пятну, которое разрас...

– Наконец-то мы одни, – удовлетворённо произнёс Антоний.
Я видела его в перевёрнутом виде. Сапоги Антония находились на уровне моего лица, мои пятки – на одной высоте с его шеей. Печь, как и два дня назад, пылала оранжевым огнём, покрывая вещи в камере пыток налётом меди. Флорин сегодня не составил нам компанию, чему старый палач, похоже, был только рад. По крайней мере, в прошлый раз он не позволял себе такой довольной засахаренной улыбки, доходящей до тощих ушей. Подбоченившись, Антоний смотрел на меня...

Арка из чёрного металла завибрировала, на панели, расположенной на её боковой стороне, стали быстро сменяться красные цифры. Мне они ни о чём не говорили. Я была заворожена самим процессом – изменениями, которые на моих глазах происходили с аркой. Под низкое рокочущее гудение голая стена потайной комнаты, которую я видела сквозь арку, стала размываться. В проёме словно клубился туман – вначале еле видимый, потом всё гуще и гуще. Наконец, стена исчезла из моего взора совсем, и посреди серого тумана стали выр...

Похоже, намерение довести мои страдания до апофеоза, втоптать меня в землю стало для Флорина навязчивой идеей. Может быть, он хотел заставить меня пожалеть о тех словах, которые я сказала ему в белой комнате. Я готова была это сделать, но вряд ли это сохранило бы мне зрение.
Бенедикт по-прежнему держался с Флорином подчёркнуто холодно. Но после рассказа о действии блокировщика он заметно поостыл и даже стал бросать в мою сторону любопытные взгляды, как на редкий музейный экспонат. Потерев ладонью лицо, о...

Следующие несколько месяцев прошли очень тихо – по крайней мере, для меня. Вола перенесла нас из замка Флорина в глухом английском графстве пятнадцатого века в Нью-Йорк середины двадцать восьмого столетия – большие войны в этот период ещё не начались, и всем казалось, что цивилизация крепко покоится на массивной колонне своих достижений. Здесь, в просторной квартире на вершине небоскрёба, я проводила день за днём. Присматривать за квартирой не было необходимости – система обеспечения всё делала сама. Но я в...

Ещё до того, как гудение портала-арки прекратилось, и мир за проёмом перестал быть эфемерной мыльной плёнкой, я почувствовала: что-то не так. Тревожные колокольчики звенели в голове, и их переливчатый звук нарастал с каждым мгновением. Я переступила за арку почти в панике, ожидая то ли сердечного приступа, то ли пули в лоб....

Рэйчел Лэмберт открыла саквояж и любовным взглядом окинула многочисленные пачки зеленых банкнот, В каждой пачке было по десять тысяч долларов, Всего в саквояже - полтора миллиона, И это только наличные, которые составляли мизерную часть ее новоприобретенного состояния! Остальное вложено в ценные бумаги. Рэйчел имела право гордиться собой, операция, которую она готовила в течение нескольких месяцев, которая выкачала из нее море знергии и потребовала огромного душевного напряжения, увенчалась блестящим успехо...

Глава 1.
Приветствую тебя, мой дорогой друг! Сколько же мы не виделись? Лет сто, не меньше. Раскидала нас жизнь кого куда… А ведь мы с тобой с детского сада вместе! Да что там и говорить…. Мы даже рассказывали друг другу, кто когда и в какой позе…. Помню, как ты однажды рассказал мне, что мечтаешь трахнуть девушку спациальным приспособлением, которое надевается на лицо, как бы фалоимитатор… Ужас… Да и ты единственный человек, кто знал мои тайные уголки души. Теперь уже у каждого семья, свой дом…. Ну да л...

Госпожа была очень красива. В облегающем стройное тело черном латексе и лаковых туфлях на высоких каблуках. Длинные темные волосы, хищный, немного надменный взгляд. Сэм смотрел на ее портрет, размещенный в интернете и – не мог отвести глаз. В его душе, в самой потаенной глубине, уже давно жило желание, в котором он боялся признаться даже себе самому: желание подчиняться Женщине. Ведь – традиции его страны предписывали, что – все должно быть наоборот....

– Сынок. Сынок! Вставай. Пора.
– У-ух.
– Вставай!
– Мам, ну еще… пять минут… пожалуйста!
– Сынок, милый, я очень тебя люблю. Но если ты сейчас не встанешь, я буду злиться. А я не хочу этого. Поэтому – быстро! Ты же не слышишь будильник. А мне тоже надоело каждое утро тебя поднимать. Большой, третий класс уже....

Рассказ основан на реальных событиях.
Бизнес – это не его. Ему лучше не браться вовсе.
Она говорила, намекала ему. В этом было противоречие. С одной стороны, как очень хорошая жена, поддерживала все начинания мужа. Тем более, касающиеся частной инициативы.
С другой стороны, ей часто не давали нормально спать опасения. Смутные, невнятные. Обращенный к себе вопрос «ну чего я боюсь? » ответа не давал. Пока однажды не наткнулась на мысль, что боится окружения Сергея, людей, с ним бывших в деле. Такие а...

Для поимки мятежников сенат снарядил небольшое войско. Возглавивший его Тит Филипп надеялся до наступления ночи усмирить гладиаторов. Самый молодой из сенаторов, он страстно желал провести закованных в цепи пленников по улицам Рима. Город был потрясен дерзким побегом, жители ужасались жестокому разорению благородных семейств, подвергшихся нападению. Имя Спартака переходило из уст в уста. Между тем Люций Крисп снова созвал гостей, дабы усладить их представлением, которое сыграют нанятые им профессиональные а...

Он был 22-летним девственником. И он ненавидел себя за это. Он не понимал, почему девушки не обращают на него внимания. Он
не мог понять, почему парни, которых он знал, более робкие, чем он, смогли подцепить телок. Он мог встречаться с девушками.
У него были друзья, у которых были подружки. Но он никогда не делал следующего шага. Он никогда не мог показать свои желания как следует. Одной из причин этого было то, что он никогда не был силен с точки зрения физической силы: крепкие объятия и все такое. О...

А хорошо под липами пить тягучую, крепкую и горячую черноту мокко. Ложечкой лениво гонять, колеруя, липкие детские волны мороженого в вазочке. А ветерок то. Сладенький. Нежный. Играет в морской синеве чистейшего неба выстиранными наволочками облачков.
-- кстати, ты помнишь какой сегодня день ?
-- четверг, вечером надо заехать к Кашинцевам за лещами, они из Астрахани навезли...

Я поехала в Тамбов не потому, что стояла осень. Не потому, что мне было грустно или нечего надеть. Не потому, что подруга рассказала мне о поездке с Сержем в провинцию. Серж мне никогда не нравился, а нравился Андрей из новых, и если бы он меньше читал всяких глупостей, то мог бы оценить мое к нему отношение. Андрей чудесно пострижен. Мне кажется, в него влюблена не только я, но и все новые. Нет, я поехала в Тамбов по делу....

Я знаю, что ты ждешь меня, возлюбленная моя. Но, когда я приду, ни одного слова упрека не сорвется с холодных губ твоих. Ты будешь лежать в моих объятиях, неподвижная и прекрасная, как далекая звезда. О, как я тороплюсь к тебе! Скоро ничто не будет разделять нас с тобой. Ни земля, ни крышка гроба.
Луна еще не взошла, но он прекрасно ориентировался на старом кладбище. Здесь хоронили только родственников погребенных прежде. Ему нравилось это место. Эти покосившиеся кресты, старинные надгробия. Гораздо прия...

В три часа ночи спешить домой смысла уже не было. Аленка еще минуту постояла у калитки, собираясь с духом, потом по возможности неслышно прошла к дому. Удивлялась сама себе: на кухне свет, в теткином окне свет, чего уж тут "не шуметь", если все равно влипла по самые уши? В смысле, по самую задницу – ох и нагуляются по ней теткины розги!...