Печалька удачно замужем 26

Евгений Константинович Смольников был очень привередливым хозяином. Взяв меня в белое рабство, он вдруг решил, что я умею клеить обои. Зря он так решил. Решение клеить обои моими силами было самонадеянным, и губительным как для меня и нашей спальни, так и для самого Жени. Но особенно - для спальни.

Надо вам сказать, что мы с Женей всегда предпочитали усадебный стиль девятнадцатого века: мы любили старинную мебель, дореволюционный декор и прочий всякий хлам, который также называют красивым модным словом «антиквариат». И вот Женя, как любитель данного направления, решил, что нашей спальне категорически не хватает обоев со старинным узором. Он где-то приобрел, через третьи руки, совершенно невыносимые (с моей точки зрения) обои в розочку. Это были антикварные обои, залежавшиеся у кого-то на антресолях со времен Николая Второго, и вот теперь снова вошедшие в моду и даже обнаружившие своего покупателя в лице господина Смольникова, коммерческого директора банка «Чичиков и компания». И поэтому в субботу с утра, разглядывая данное сомнительное приобретение в розочку, я сказала господину Смольникову:

-Так и быть, хозяин - барин… все равно в спальне темно и мы в ней лежим с закрытыми глазами… найми бригаду, пусть клеют эти ужасные розочки…

-Уже нанял! - вдруг сказал мне Евгений Константинович, давая мне шлепка по заду, - Иди в спальню, моя бригада! Мастер по поклейке обоев Екатерина Смольникова, обои клеить хочешь?

-Не очень… - призналась я господину Смольникову, почесывая свою задницу.

-А придется! - вдруг заключил Евгений Константинович, бывший Женя, и вручил мне шесть рулонов в розочку.

-Ну, можно, я хоть оденусь… - заканючила мастер по поклейке обоев Смольникова, - клеить обои голой - это уже извращение, которого моя душа не приемлет…

Господин Смольников сжалился и сказал мне:

-Хорошо! Надевай трусы - и в бой! Обои сами себя не поклеют!

Я клеила обои под строгим надзором господина Смольникова. Он сидел в кресле и давал мне руководящие указания:

-Эх, ну кто же так режет рулон! Ровнее, ровнее! У тебя из какого места руки растут?!

-Из попы… прямо из попы… - соблазнительным голосом говорила мастер по поклейке обоев Екатерина Смольникова, то есть я.

Я не сообщила Жене, что клею обои в первый раз в своей жизни, решив, что лучше ему этого не знать. В моей собственной семье, папа всегда доверял мне разводить клейстер, и потом очень ругался, что разведенный мною клейстер был весь с комочками. Что делать? Я умела рисовать эскизы самолетных консолей, и, если бы Женя захотел иметь на стене спальни самолетную консоль, я могла бы ее изобразить за полчаса, с винтами, болтами, заклепками и всеми прочими элементами, но безо всяких там старорежимных розочек. Зря мы отказались от самолетного декора в интерьере спальни, очень даже зря. У меня всегда были только пятерки по самолетным конструкциям, а вот розочек нам не преподавали, увы. И, наверное поэтому, клеить розочки я не умела. Но плох тот инженер-механик, который испугается обоев в розочку! Испортив два рулона, я поклеила три остальные немного криво, а за кроватью клеить вообще не стала, решив, что и так сойдет, пользуясь тем, что Евгений Константинович задремал в своем кресле.

Каково же было его удивление, когда он проснулся! Я никогда не видела еще на Женечкином лице такого удивленного и испуганного выражения.

-Котенок, это что? - сказал он немного дрожащим от удивления голосом.

-Розочки, господин Смольников! Розочки! - без тени сомнения, объяснила я.