Печалька удачно замужем 2

Первое время, мы с Женей жили в столице, на улице Большая Дмитровка, дом номер восемь, второй этаж, окна во двор. Так что окна наши смотрели во двор-колодец, и даже казалось нам обоим почему-то, что мы в Питере, а не в Москве. Женя не хотел, чтобы я работала, и собирался нанять себе другую секретаршу. Я опасалась этой конкуренции, хорошо понимая, каким образом я сама познакомилась с Женей, и поэтому сказала ему, что новую секретаршу ему придется согласовать со мной. Он очень не хотел согласовывать со мной свою новую секретаршу. Но тогда я стала перед ним на колени, расстегнула его джинсы и начала выдавать Женечкиному мерзавчику свои самые лучшие, самые страстные французские поцелуи. Женя стонал, блеял козликом, ржал конем, выл серым волком, таял, как Пломбир, на моих губах, и наконец согласился, что выбором секретарши заниматься буду я. Ах, да, почему мерзавчик? Сама не знаю, почему, а только, когда мы с Женей запирались в его офисе и предавались своим страстям, он всегда вызывал меня к себе одной и той же фразой:

-Котенок, ты мне не поможешь? Опять этот мерзавец мне работать мешает, хочет чего-то… сладкого…

Зная уже, что все то сладкое, что было нужно Жениному мерзавцу, находится у меня под юбкой и без меня Жене со своим мерзавцем было не справиться, я мигом запирала дверь Жениного офиса, Женя отодвигал в сторону свою кливиатуру, и я была той сладостью, которой не хватало Жениному мерзавчику по жизни.

В качестве секретарши, я нашла Жене приличную серую мышь тридцати девяти лет, с большим опытом работы, двумя детьми от разных мужей и в толстых очках. Самым важным решающим доводом в ее пользу (для меня) стали ее кривые ноги. Когда Женя увидел, какую секретаршу я ему подобрала, он застонал и издал тот нечленораздельный звук, которым так славятся дельфины. Поэтому то, что Женя вдруг заговорил на дельфиньем языке, стало исключительно моей заслугой. Однако, мне тоже пришлось пойти на уступку. Дело в том, что Жене вдруг надоело жить в столице, и он устремился на природу, а именно в поселок Малаховка, который был расположен недалеко от города, и где цены были довольно-таки божеские, если сравнивать их с другими местами.

-Если у меня теперь секретарша - баба-яга, то и тебе придется чем-то поступиться, мой Котеночек… - сказал мне Женя, и мы поехали смотреть варианты новых домов. Строго говоря, Женя не хотел себе новый дом. Он хотел купить большой участок земли с соснами и старой деревянной дачей, к которой он бы мог пристроить, впоследствии, новое крыло. Так мы и оказались на улице Заречная, 8. Наш агент показал нам прекрасный старый дом с огромным участком, за две улицы от шоссе.

-Женя, а как же я буду в магазин ездить? - в ужасе сказала я, подсчитывая пятнадцатиметровые корабельные сосны на нашем участке.

-Отдам тебе мой Мерседес, и будешь ездить… Возьму себе что-нибудь другое, не могу же я пять лет подряд ездить на одной тачке? - сказал мне Женя.

-Хорошо, Женечка… Как скажешь… - согласилась я, и записалась на курсы по вождению.

Девять. Ровно девять высоченных сосен было на нашем с Женей участке, помимо кустов смородины, зарослей малины за гаражом и колючих кустов белого шиповника у забора.

И мы с Женей стали владельцами прекрасной старой дачи на Заречной улице, а та баба-яга, которую я подобрала Жене в качестве секретарши, иногда стала наведываться к нам в гости. Когда вы живете в поселке за городом, где у вас нет никаких знакомых, даже баба-яга вдруг может стать вашей лучшей подругой. Уж поверьте мне.